первая точка в моих пермских путешествиях. всегда! с возрастом меняется лишь место, куда я иду после: зоопарк, галерея или речной вокзал. в этот раз резиденция, или уже можно говорить дом?

Чулман йокыдан торган.

на стене мудборд к проекту. буду исследовать пермских татар, это, кстати, я пермская татарка.

обживаю свой новый дом: передвинула стол ближе к окну, чтобы знакомиться с пермяками. уже люблю соседку, которая сушит белье в мороз и топит печь по вечерам.

Света (куратор проекта) показывала свою Пермь: руферская, историческая, пермМовская.

много читаю про пермских, тулвинских татар. лучше говорить гайнинских татар, это чуть сглаживает ту двойственную самоидентичность, которая сформировалась у моего народа: как себя называть — татарами или башкирами? почему в паспорте и в учебниках написано башкир, но разговаривают и пишут все на татарском?
а может у гайнинских татар своя уникальная этнокультурная общность, не сводимая ни к одному из исходных компонентов?

составляю свою родословную, теперь по маминой линии знаю родственников до конца 18 века. по папиной линии пока сложно.

по вечерам долго гуляю. замечаю те места, в которых точно находилась в прошлой поездке летом. удивляюсь до сих пор, могла ли я предположить, что через 8 месяцев буду здесь не туристом, а жителем.

мне нравится Пермь. она не притворяется, а просто живет свою жизнь: с красивыми и некрасивыми домами, с ямами на тротуаре и без. от этого мне здесь хорошо, чувствую искренность.

Света принесла книгу о людях, которые изучали своих репрессированных родственников (издана музеем истории ГУЛАГа) и комикс немецкой писательницы, которая писала о жизни своей семьи во время второй мировой войны.

мой дедушка с маминой стороны 10 лет провел в Колыме. об этом мало говорили в моей семье. но я хочу узнать, что он делал все эти годы.

думаю, часть проекта в резиденции будет посвящена этому трудному наследию.

сегодня бабушке 91. удивительно, как человек может помнить все молитвы и песни, но забывать, как зовут себя.

переезд в Пермь - часть моей терапии. хочу стать ближе к своей семье, восстановить память о родных, которых по причине семейной трагедии я не знаю.

гуляла вдоль реки Тол (Тулва).
у тулвинских татар много легенд и мифов, связанных с этой рекой.
буду изучать.

краеведческий музей в Барде работает только по будням, но все же я им написала и смогла попасть к ним в воскресенье. интересное место, работники собирали экспонаты по всему району.
увидела такие же ткани как у бабушки в сундуке. оказывается тюбетейки, сохранившиеся от дедушки, уникальные и были сделаны в Барде.

через пару дней девушка-экскурсовод прислала книги, которые мне могут помочь с проектом. коммуникация все решает!

так сложилось, что я не знаю своих родственников со стороны отца моего папы. дедушка покончил жизнь самоубийством, папина семья переехала в Челны, оборвав все связи с этой частью семьи.
я ношу фамилию человека, семьи, о которой совершенно ничего не знаю. в январе папа впервые показал мне фотографии дедушки. оказывается, мой дядя сильно на него похож.
хочу восстановить семейную связь. надеюсь, это поможет не только мне, но папе.

на открытии резиденции познакомилась с первым Илькаевым в своей жизни, не считая родителей и двух родных братьев папы. отец нового Илькаева из той же деревни, что и мой папа. родственники ли мы, еще не понятно.
в этой истории важно то, что такое знакомство дает мне шанс поговорить с папой о дедушке. псевдо-повод, который поможет обойти тему смерти.

дошла до музея ПЕРММ только через 3 недели, а раньше это была первая (и возможно единственная) точка в моих поездках в Пермь.
мне понравилось идти в музей в будни, идти так, как будто это часть обыденности. за апрель была в музее 5 раз!

познакомилась с Наилей. это было важно!

увидела инсталляцию Бродского для Венецианской биеналле. вспомнила свою работу ЗЯБ, взглянула на нее по другому, полюбила сильнее.

продолжаю разговаривать с папой о дедушке. были в папиной деревне Аклуши (говорят, что Аклуши переводится с марийского как "ценители красоты", но я нашла только "ценители")

показал дом, в котором рос.
когда дедушка ушел из жизни, бабушка с детьми переехала в Челны и дом продали. кто живет здесь сейчас, неизвестно.

гуляли вдоль маленькой реки, где папа играл. прошлись за участком, папа говорил, что где находилось.

запомнила разговор с папой: "Менә монда иске мынча иде, ә монда әти яңа мынча салырга башлаган иде, бетерәлмәде" (перевод "А вот здесь была старая баня, а здесь хотели построить новую. папа начал строить, но не закончил")

папа редко называет своего отца папой, обычно он говорит мне твой дедушка. наш диалог остановился, потому что причину, по которой дедушка не закончил баню, мы с папой никогда не обсуждали. дедушка совершил самоубийство.

наблюдение: я, мама и бабушка по-разному чувствуем свою татарскость. и это описывает время, в которых мы росли.

моя бабушка не знает русский, может в молодости знала немного.
у нее есть татарские скатерти, полотенца и платки, которые появились у нее не потому что это было "модно", а потому что это было естественно, это продавалась в магазинах как норма.

моя мама же росла во времена, когда человек воспринимался частью одного "советского" народа. поэтому и не надо было выделять себя как татарка.
мои родители назвали мою старшую сестру Юлия, а ведь это вообще не татарское имя, скорее интернациональное. то есть тогда люди не часто задумывались о своей этнической идентичности. а еще мою маму в Перми звали Зоя, а не Зухра.

я же чувствую себя татаркой вопреки. и это тоже описывает современный мир. я даже не разрешаю другим называть меня Зуля, только Зульфия.

бабушка мало, что рассказывала о своей молодости. но часто говорила, что строила кинотеатр Кристалл в Перми.

оказалось, что студия, куда я приношу проявлять пленки, находится прямо напротив этого кинотеатра. улыбнулась, когда увидела его впервые.

кәртәни, Кристалл все такой же большой и даже немного красивый.

резиденция теперь точно дом, появились любимые вещи в комнате. весна ранняя, поэтому соседка каждый день работает в огороде (и все также каждое утро вешает белье).

нравится формат резиденций. мне легче создавать проекты, когда есть дедлайн и понятный результат.

а еще меня вдохновляют новые знакомства. оказывается, если делиться с людьми своими идеями, то они могут посоветовать очень полезные вещи. активно это практикую. это еще и отличный шанс для меня избавиться от страха критики своей работы.

в Перми есть знаменитый объект "счастье не за горами" Бориса Матросова. установленный в 2009 году на год, паблик-арт остался на набережной на 14 лет.

сейчас эта фраза и ответ на нее здесь везде, даже в бабушкином селе появилась надписать "счастье в Барде".
искусство стало сувениром. не знаю, сильно ли это плохо, но это заставляет меня много думать о том, какое искусство хочу творить я.

кстати, пермский художник Алексей Илькаев заменил в арт объекте слово "счастье" на "смерть".
паблик арт быстро "починили", так что пермяки снова знают, где находится счастье.

расспрашиваю родителей об их жизни в детстве. все, что они рассказывают, сейчас или исчезло, или видоизменилось (опошлилось).

и тут никто не виноват, я и мое поколение не будем, как наши родители ездить на праздник в соседнюю деревню на лошадях, а перед этим собирать подарки по всему селу.

раньше этнически людей отличали именно традиции, а сейчас у нас все одинаковое. у нас новая традиция - традиция исчезновения.

опять прошу папу показать Аклуши. оказывается после смерти дедушки, моя бабушка взяла с собой в Челны только старшего сына (ему надо было поступать в училище) и младшего (потому что он был очень маленьким).

а папа остался на год у своей бабушки. сложная ситуация сразу после потери отца.

сейчас дом в руинах.

люблю Каму, она здесь немного другая, будто сильнее, чем в Челнах.
но все еще напоминает мне дом, спасибо!

в резиденции есть мастерские. новый опыт для меня.
начитавшись Джармена, захотелось большой дом с садом. и чтобы в доме была большая мастерская.

смотрю, как рисует Галя. мне нравится, как она визуально исследует проект.
хочу попробовать написать картину маслом.

приехала в гости в Екатеринбург, в первый раз.
город уличных художников.
мне нравится гулять по улицам, где много надписей, наклеек, граффити, паблик-арта. Казань слишком стерильна в этом плане, здесь такое не приживается (надеюсь, только пока).

Екатеринбург кажется свободным. сходила в Ельцин-центр, много размышляла, вышла с непонятной надеждой на что-то, надеюсь скоро пойму на что.

кто мы, откуда, куда мы идем?

Света позвала меня на проект в Екатеринбурге, будем вместе с детьми делать архитектуру для площади перед кинотеатром Заря.

путешествовать с новыми людьми - классно! ходишь в места, в которые ты бы никогда не пошел сам. меня повели в музей икон. сначала внутри было жесткое сопротивление, я не хотела вникать в слова экскурсовода, не могла остановить взгляд на работе. но отпустило. глупая реакция.
иконы интересно (и нужно) рассматривать художникам.

ходила в гости к хранителю музея пермм. у Наташи и дом выглядит как музей современного искусства. хочу также!
начну собирать искусство друзей.
думала может мне тоже надо начать создавать то, что я могу подарить. но пока не вижу себя, рисующей на холсте, ищу свой инструмент.

художники нашей резиденции финалят свои проекты. любопытно наблюдать, как развивается идея каждого. записываю, запоминаю.

буду показывать на выставке 2 работы: инсталляцию из металла и серию плакатов.

три месяца для одного проекта кажется много, хочется уже быстрей отпустить работу. возникают мысли, что я хочу сказать что-то большее в своем искусстве, и то, что сделано, не то что я хотела.
но потом понимаю, что искусство это процесс, и мои работы в резиденции маленький итог большого дела. а тему я буду развивать дальше и больше.
успокаиваюсь.

увидела чудо!
ездили с ребятами в каменный город и на усьвинские столбы. теперь буду отправлять всех туда. Всевышний - великий художник, создает города из камня, ветра и воды.

путь в каменный город - 2 километра деревянной дорожки, петляющая по ландшафту, оберегающая деревья на своем пути. идешь, слышишь лес и свои глухие шаги. это тоже искусство.

разгуляй теперь родной. здороваюсь с местными жителями, играю с их собаками. хорошее место.
люди здесь жалуются, что город их не поддерживает. но я не увидела тут искренних попыток что-то исправить самими жителями, простите. все живут, будто ожидая скорого конца. разгуляйская эсхатология.

паблик-арт кажется хорошей попыткой культурной дипломатии. вижу в этом инструменте мягкую силу, которая может менять обстоятельства.
хочется попробовать, но пока страшно. наверное это до первого раза.

авылда рәхәт, җан тынычлана, баш җиңеләя.

открываем выставку в начале июня.
мне сложно решать общие задачи, как экспонирование пространства - эмпатия мешает.

поняла, что хочу работать с пространствами. не как архитектор, а как художник. а еще работать со светом, отражениями и звуком.

собрала истории людей, которые столкнулись с изменением своего имени на работе: в школе, институте, на заводе или рынке. пытаясь адаптироваться в обществе, люди соглашаются принять имя или образ человека, который понятен и удобен остальным.

но у меня будет по другому:
дома - зульфия
на выставке - зульфия